Память жива

Глядя в «непарадное» лицо войны

В год 70-летия Победы в Обросовской школе разработана программа «Лицом к Победе», посвящённая этому событию.


Открылась она 16 декабря – в день освобождения от немецко-фашистских захватчиков нашего областного центра – общешкольным конкурсом чтецов и рассказом о боях на калининской земле. В январе наши школьники побывали в Эммаусе, в музее Калининского фронта. В феврале прошёл конкурс военной песни, в апреле была оформлена выставка книг и выставка рисунков о той войне.

В марте прошла школьная краеведческая конференция, на которую ребята вместе с классными руководителями подготовили и представили рассказы о своих родственниках, знакомых, воевавших на фронтах Великой Отечественной или ковавших Победу в тылу. У кого-то работа получилась большая и обстоятельная, с фотографиями, документами, наградами, а кто-то приготовил совсем небольшие сообщения, потому что спросить уже не у кого, да и не во всех семьях хранили свои документы. А ещё краеведы собирают рассказы о войне тех, кто в то время был ещё ребёнком.

Вот работа учениц 8-ого класса Бодиной Насти и Дёгтевой Кати (классный руководитель Семёнова Е.Н.).

Пришлось без детства повзрослеть

Копейкина (в девичестве Алексеева) Антонина Ивановна родилась в 1932 году в деревне Стёпаньково Молоковского района Московской области. Войну встретила девятилетней девчонкой.

За семьдесят лет многое уже стерлось из памяти. Вот некоторые её детские воспоминания о тех далёких, военных годах.

Антонина Ивановна рассказывает:

«В 8 лет пошла в первый класс, учительница была одна на четыре класса – Мария Степановна. Когда началась война, отца взяли на фронт. Тогда многих брали, даже женщин. Остались подростки, старики, женщины. Досталось всем, особенно подросткам: и в школу ходить надо, и хлеб жать руками, и пахать, и молотить, и веять. И поесть нечего было. Брали с собой молочка немного, картошки, иногда колобков каких-нибудь. Одежды тоже не было, шили сами, холщовую, изо льна.

Нас у мамы было трое: я, брат Лёня пятнадцати лет и двухгодовалый Толя. Коровушки не было.

Вот уж когда пригнали в деревню беженцев с овцами и коровами, так мама купила у них корову за валенки и шубу. Обрадовались очень, потому что молоко появилось. Беженцы работали наравне со всеми.

Мама у нас за овцами ходила, доила их. Молоко овечье очень ценное, сдавали, отправляли в госпитали.

По деревням ходило много попрошаек. Мама наварит картошки и скажет: «Вот, ребятки, как будут ходить дети-по-прошайки, вы и дайте каждому по картошке». Они приходили с торбочками, просили милостыню, а мы им давали картошку. Ночевали они в теплушке.

Мама иногда приводила попрошаек домой ночевать. А я говорила: «Мама, зачем ты их приводишь к нам ночевать, они же вшивые?» А мама отвечала: «Тоня, у меня трое на войне, может, они помолятся, так и наши придут живые с войны!»

Посадит попрошаек за стол, даст им картошки, огурцов да хлеба и скажет: «Нате, теперь у вас свой хлеб, ешьте!» Они поедят, она постелет им на пол соломы да половиков, они и ночуют. А днём опять по деревням попрошайничать пойдут.

Как-то к нам пришла одна женщина и попросила милостыни. С ней был мальчик девяти лет. Она послала мальчика в дом, а сама убежала. Он за ней вышел и плачет, что её уже нет. Оказывается, его мать умерла по дороге, а это была соседка. Мама пожалела его и привела к нам домой. Он жил у нас, в колхозе его назначили пасти овец. Мы всё спорили с ним, чья мама. Он говорит: «Моя!», а я говорю, что моя. Мама, бывало, затопит печку, а он сядет на шесток и запоёт песню «По- за могилушке иду».

Когда закончилась война, беженцы стали разъезжаться по своим домам. Многие писали в газеты и разыскивали своих детей. Написали и о нашем мальчике. Председатель ответил. И однажды в деревню приехал отец мальчика, пришёл к нам в дом. Свели его к сыну в поле. Мужчина обнял его и очень плакал. Мальчик узнал своего отца. Потом они к нам домой пришли. Отец мальчика благодарил маму и председателя. Сына одел (привёз ему костюмчик), расспрашивал о матери. Мальчик рассказал ему, как пришёл сюда с соседкой, когда мама умерла по дороге от голода, как соседка убежала от него, ведь у нее свои дети были.

Мальчика отец увёз. Потом прислал нам хорошую посылку за то, что не бросили его сына. Теперь уж и не помню, как его звали.

До нас немец не дошёл, но от Бежецка даже бомбёжка была слышна – там железную дорогу бомбили. Окна всегда занавешивали. По улицам сторожа ходили, стучали в окна и говорили, чтобы свет гасили.

Сидели в темноте, только печка горела. А какой свет от печки? Печка маленькая, возле неё прутики сырые лежат, дров не было. Печка протопится, мы накидаем в неё картошки, испечём и едим потом. Вокруг печки сидим и едим.

На отца пришла похоронка. Мама отпела его. А через полгода вдруг бумага приходит, что надо мужа встретить. Пошла встречать его пешком. Ранен был в ногу, побыл дома несколько месяцев, а потом опять на войну забрали. Когда война кончилась, папа вернулся без руки.

Брат был в плену, но вернулся. А потом опять ушел воевать. Ранило его в голову, он зрение потерял.

На победу сделали праздник. Веселились, у кого пришли с войны дети и мужья. Кто-то плакал, говоря: «Вот тебе хорошо – у тебя все пришли, а у меня никто не вернулся».

Потом переселенцы с Ленинграда приехали. Работы в деревне много было, все поля обрабатывать стали. На трудодни картошки давать стали, хлеба немного. Мы зерно жерновами мололи, а потом хлеб пекли.

В деревне много беженцев оставалось, которым ехать было некуда. Их дома были разгромлены и сожжены. Голодали они очень. За буханку хлеба отдавали шубы дорогие, одежду с себя. С голоду умирали многие.

Да и своим трудно было. У кого в семье по трое, четверо на войне убило. Председатель сознательный у нас был, помогал людям. Хлеба из колхоза выписывал. Разрешал дуранду брать (ее ели), которую поросятам привозили.

Время было тяжелое: и родителям нашим, и нам доставалось. Я работать начала с 12 лет. Сначала овец пасла, а потом и за плуг встала. И были мы, подростки, самые лучшие работники в деревне.

Не дай, Бог, никому на свете пережить того, что мы пережили в войну!»

«Непарадное» лицо у войны, страшное: голод, холод, непосильная работа, раннее взросление, страх за ушедших на фронт, бедность, беженцы, вши… Такой вывод напрашивался из этих воспоминаний. И всё же, слушаешь рассказы этих 80-летних людей, и сердце наполняется гордостью и удивлением: приютили сироту из беженцев не на один день – на месяцы; как с ним свою маму делили, как играли, как отец его нашёлся и посылку с продуктами потом в благодарность прислал – помнят, а как звать парнишку – забыли. Не это им было важно тогда.

Все собранные учениками материалы пополнят фонды школьного краеведческого музея, чтобы сохранить во времени ту связующую нить, которая объединяет всех защитников большого Отечества и нашей малой родины, чтобы дать опору молодым в наше «безбашенное» время.

Л. ИВАНОВА, учитель Обросовской основной школы

Правильный CSS! Valid XHTML 1.0 Transitional

2009-2011, АНО "Редакция газеты "Молоковский край"